Фанфикшн > Яой

Монохромный фактор, "По праву любви", Рюоко/Хомураби, R (две части+эпилог)

(1/4) > >>

Предрассветная Тень:
Стражей канона прошу проходить мимо…

Название: По праву любви.
Фэндом: Монохромный фактор
Автор: Предрассветная Тень
Бета: Alisanna-san, Аль-фа
Пейринг: Рюоко/Хомураби, Хомураби/Акира
Рейтинг: R
Дисклаймер: Герои ваши, идеи наши
Предупреждение: AU, POV-Хомураби, ангст, ООС )))
Саммари: Все как всегда, просто и банально – Рюо натворил, Аки отвечает XD

Предрассветная Тень:
Часть первая

Мне всегда говорили, что я не смогу познать чувство любви… Что я вообще не способен на что-либо теплое и светлое… Что я абсолютное воплощение тьмы и останусь им до конца своих дней… И знаешь, когда-то я и сам в это верил. Нет, я пытаюсь продолжать верить в это даже сейчас… Потому что для меня это единственный способ не сойти с ума. От того, что для вас кажется счастьем. От того, о чем вы мечтаете всю свою жизнь. От того, что вы зовете любовью… От того, что убивает меня, медленно, день за днем, принося лишь боль и отчаяние…
Знал ли хоть один из вас, кто воспевал любовь как самое прекрасное чудо на свете, что некоторые люди по-настоящему любят лишь тех, кто когда-то отвернулся от них, не заметив, и прошел мимо навстречу другому?… Знал ли хоть один из вас, как жестока и ядовита такая любовь?... Когда не просто не можешь - не имеешь права… Потому, что твой возлюбленный счастлив и без тебя… Потому что ты слишком другой, слишком чужой, чтобы он мог позволить тебе приблизиться… Такая любовь… это все равно, что смерть, только медленная, мучительная, выпивающая до капли твою душу и оставляющая после себя только горечь и пустоту. Безжизненную пустоту, не способную ни на что, кроме ненависти ко всему живому… Ко всему, что изнемогает от счастья, пока ты истекаешь невидимой кровью. И нет ни сил, ни возможности отказаться, уйти, забыть… Потому что когда сердце делает выбор, помешать ему не способно ничто в мире… И даже самое темное холодное сердце может выбрать страдание во имя любви…
Я знал, что так будет. Я понял это уже тогда, когда впервые увидел тебя. Истинное воплощение Света, прекрасный, ослепительный… желанный… Да, тогда я впервые познал подлинное значение этого слова. Не то темное животное чувство, стремящееся заполучить все, что только хочется, а чистую невинную мечту быть достойным хотя бы частички твоего тепла.
Но разве у меня мог быть хотя бы шанс, если рядом был он… Если твои глаза загорелись, едва взгляд упал на первого Короля Тени. И следующие несколько дней все, что не касалось его, было за пределами твоего внимания. А потом в одно прекрасное утро по дворцу разлетелась новость о том, что вы провели ночь вместе…
Больно... Тогда я впервые узнал, насколько это может быть больно. Когда просыпаешься утром и понимаешь, что в этом дне уже больше нет ни какого смысла, как, впрочем, и в следующем. Что все, что ты можешь, это быть неслышимой и невидимой тенью, украдкой наблюдать, но даже мысленно не сметь прикоснуться, и все, что тебе осталось – пустота в душе и незабвенный образ, ножом судьбы высеченный на твоем сердце.
Тогда я понял, что это была не глупая мимолетная влюбленность.. Это была любовь… Горькая, постыдная, отравленная… разбитая… но все еще живая. И продолжающая жить во мне, не смотря на то, что я знал – никогда... Никогда ты не откажешься от него. А даже если и откажешься, никогда не посмотришь на меня таким же взглядом. Мои чувства к тебе с самого начала были обречены на безответность и молчаливую боль.
Но я хранил их… Хранил годами, как самое драгоценное, что было в моей мрачной одинокой жизни, всеми забытой и никому не нужной. Я любил тебя без всякой надежды, просто за право видеть хотя бы иногда. И был благодарен судьбе за каждую мимолетную встречу, за каждый поверхностный взгляд, за каждое обращенное ко мне слово… До тех пор, пока судьба не решила, что трагедию надо доиграть до конца…
Я никогда не смогу забыть ту ночь – единственную ночь с тобой… Ночь, которая стала самой жестокой насмешкой судьбы для меня и самой роковой ошибкой для нас обоих. Не знаю, да и знать не хочу, что такого между вами могло произойти, чтобы вы настолько сильно разругались, но факт оставался фактом. Широгане заперся у себя и не показывался несколько дней, а ты не нашел ничего лучше, чем просто напиться до невменяемости на очередном торжественном вечере. Даже не знаю, как я согласился на просьбу Шисуи проводить тебя до твоих комнат во избежание всяких неприятностей, в которые ты был склонен влипать даже на трезвую голову. Но, в конце концов, у него самого не было выбора – банкет был во дворце света, и исчезновение обоих Королей, пусть и ненадолго, могло быть воспринято оскорбительно. Если бы я знал, чем это обернется…
Первое прикосновение твоих горячих губ к моим собственным… Я был так шокирован, что не сразу осознал – это не один из моих радужных снов о тебе, это реальность. А когда осознал… было уже поздно. Как бы я не вырывался, все было бесполезно - лишь крепче сжимались объятия. Прижав меня спиной к двери и лишив тем самым единственного шанса на банальное бегство, ты покрывал влажными страстными поцелуями мою шею и плечи, обнажившиеся в результате твоей попытки одним рывком сдернуть с меня все одеяние, которое, в конечном итоге, просто разорвалось по швам. А я задыхался от сладостного ужаса происходящего, понимая, что ты не сознаешь собственных действий, но чувствуя, как силы сопротивляться покидают меня с каждым новым прикосновением. И всего через несколько мгновений их хватало лишь на то, чтобы в перерывах между тихими стонами шептать: «Рюоко… не надо…» Но ты не слышал, а даже если слышал, тебе было все равно. Ты лишь сильнее вжимался в меня своим телом, заставляя дрожать и кусать губы в тщетной попытке удержаться от вскрика, когда я, наконец, в полной мере почувствовал, как сильно ты хочешь… И как хочу тебя я сам… Моя кожа горела под твоими губами, тело трепетало от неизведанной прежде откровенной ласки. А глубоко внутри все обливалось кровью, зная, что эта ласка предназначалась не мне… Я не настолько идиот, чтобы верить в чудеса… Но моя незыблемая гордость проиграла моему телу. Именно телу, ибо сердце мое желало от тебя не этой низменной страсти… Не только ее…
Я не помню, как оказался на холодных шелковых простынях твоей постели. В тот момент я мог лишь сходить с ума от твоих жарких прикосновений, выгибаться в ласковых умелых руках и стонать в голос от нежных и страстных поцелуев, пряча лицо в подушку каждый раз, когда в уголках глаз становилось слишком горячо и мокро. Потому что это только на одну ночь… А завтра утром ты вышвырнешь меня из своей комнаты и из своей жизни… И я, как прежде встречая ночи в гордом одиночестве, буду страдать еще больше, зная, какой бывает ночь с тобой…
Но, даже так, я не мог позволить тебе видеть мои слезы. Мои первые в жизни слезы… Прозрачная солоноватая кровь, которой истекала моя искренняя, чистая, нетронутая любовь к тебе… Которую ты заставил меня опозорить жалкой похотью. Той, что теперь будет преследовать меня до конца жизни и отчаянно требовать удовлетворения, которого я не смогу ей дать…
И все же… я позволил тебе обладать мной. Почему?... Знаешь, это и в самом деле смешно, но похоже я и правда любил тебя слишком сильно, если твое мимолетное удовольствие оказалось превыше моей собственной агонии… Но это оказалось еще более жестоко, чем я ожидал. Ты был так нежен… Но лучше бы ты меня ударил… Мое тело дрожало от дикого наслаждения, а душа разрывалась от боли и презрения, презрения к нам обоим. К тебе - за то, что ты посмел, и к себе - за то, что не смог тебе отказать… Как, как я должен был жить после этого?!...
Но знаешь… я бы смог простить тебе эту ночь… Я бы заткнул свою гордость, и просто сохранил бы в памяти те несколько мгновений жестокого, мучительного, ненавистного, но… все-таки счастья… Почему, почему утром ты не выставил меня молча? Без слов, без извинений, без сожалений… Да, именно сожаление… Оно взбесило меня тогда настолько сильно, что перекрыло уже и без того истерзанную любовь…
«Прости… я не хотел…» Не хотел… Это было самое жестокое, что ты мог сказать после всего, что сделал… Ты не хотел… Ты не просто унизил, использовал меня, ты… сделал это без малейшего желания… Просто так, без всякой причины… Всего лишь потому, что в тот вечер ты был пьян до невменяемого состояния, и тебе было абсолютно все равно, кто окажется с тобой в одной постели… Ты правда думаешь, что я не понимал этого?!... Тогда зачем… зачем ты произнес это вслух… Почему ты не позволил мне сохранить хотя призрачную видимость желанности этой ночи?...
В тот момент я тебя возненавидел… Образ возлюбленного был перечеркнут стыдом от позора, виной которому стал сам возлюбленный… Я ушел тогда, не проронив ни слова в ответ, смирившись с утратой и скорбью, заживо похоронив то, что еще осталось от моей мечты. Но, когда всего через несколько дней я снова увидел вас вместе, беззаботно улыбающихся и без всякой скромности, на глазах у всех зажимающих друг друга в коридоре… я не выдержал… Это было больше, чем я мог пережить… Эмоции захлестнули настолько, что темное начало во мне взяло верх над разумом и сердцем – и я решил, что если ты не можешь принадлежать мне, ты не будешь принадлежать никому… Это был твой последний день среди живых… Это был последний день, когда я мог назвать себя живым…
Моя любовь обернулась смертью для нас обоих. Ты все еще веришь, что она прекрасна?...

Часть вторая

Перерождение… Я до сих пор с трудом верю в то, что это все же произошло. Что ты вернулся... Но отрицать очевидное было бы глупо. Я видел это своими глазами… Да, пусть всего лишь мальчишка. Но это был ты. Я узнал бы тебя из тысячи, даже если бы твоя реинкарнация приняла совсем иной облик, нежели прежде…
Не знаю, как описать то чувство, которое я испытал, вновь взглянув в твои глаза. Словно после долгой изнурительной жажды припадаешь к источнику, но в следующее мгновение понимаешь, что вода отравлена, а ты выпил уже слишком много… И наступает тот самый момент, когда есть право выбора и оно только за тобой. Ты можешь отказаться от этого источника, а можешь осушить его до дна – итог один, ты все равно обречен… Отчего бы, зная об этом, не утолить свою жажду сполна, вместо того чтобы предаваться заранее ничтожной надежде?... Жажду ненависти… Жажду мести… Жажду того, что еще осталось от любви…
Не пробужденный до конца, ты был слишком слаб, чтобы твое пленение вызвало хоть малейшую трудность. И местом твоего заточения вместо камеры стала моя постель… Вскрики и жалкие попытки вырваться лишь сильнее распаляли яростное животное желание. То самое, которое когда-то ты имел неосторожность пробудить во мне. Которое требовало удовлетворения, жаждало заполучить то, чего было лишено на протяжении всей жизни. Врезаясь острыми когтями в непокорное тело, причиняя боль, упиваясь своим наслаждением и ужасом на лице жертвы…
До тех пор, пока из твоих глаз не покатились слезы… Теперь уже молчаливое, сопровождаемое лишь глухим сорванным дыханием, горькое свидетельство переживаемой боли и смирения с жестокой реальностью…
В тот момент я словно очнулся от кошмара, в котором пребывал уже многие годы с того самого дня, когда убил тебя. Я вспомнил, как сам когда-то давно, в ту единственную ночь, прятал от тебя свои первые слезы, вспомнил так ярко и болезненно, словно это было только вчера… Да, это было больно. Это было жестоко и низко. Но… я отдался тебе добровольно… Если бы я действительно совершенно не хотел этого, я смог бы уйти. Но я остался… И пусть на утро моя душа сгорела дотла, эта была… самая счастливая из моих ночей… Не удивительно, что цена за нее оказалась так высока…
Взгляд, словно впервые за весь этот вечер, скользит по прижатому к темным простыням тонкому дрожащему телу, украшенному расцветающими синяками, глубокими царапинами и пятнами крови… И с оттенком внезапного ужаса возвращается обратно к переполненным влагой глазам. Алым глазам… в которых отражается нечеловеческая боль и страх… безнадежная немая мольба прекратить эту пытку… и едва различимое, но отчаянное «за что?...»
За что... Ты ведь совсем ничего не помнишь. А даже если бы и помнил… Что же я делаю?... С губ срывается полу-вздох, полу-всхлип, рука сама взмывает вверх, впиваясь острыми когтями в лицо, в волосы, раздирая кожу в тщетной попытке вернуть самообладание. Все эмоции, что я так долго держал в себе, отчаянно рвутся наружу… И мне хочется кричать от бессилия перед тем, что я сам же и совершил…
Не так… Не так я хотел, чтобы все было между нами!...
Мне было бы все равно, если бы в этом своем перерождении ты снова просто прошел мимо и жил, оставаясь в полном неведении относительно всего. Но ты решил вернуться не просто к жизни, а к своей прежней жизни… И… ты снова решил быть с ним… Одного этого хватило, чтобы я вновь оказался погребен под спавшим во мне мраком, запятнавшим все мои воспоминания и чувства… Почему?...
- Почему всегда он?... Почему ты снова выбрал его?... Неужели все, чего я был достоин - стать заменой на одну ночь?!... Ты просто взял, что хотел и даже ни разу не задумался о том, что это значило для меня!... Я ведь… так любил тебя...
Я не сразу осознал, что произнес это вслух… Только лишь когда услышал тихий удивленный выдох и почувствовал, как тело подо мной перестало дрожать. А потом… в напряженной до предела тишине, хриплым, но отчего-то почти теплым шепотом ты позвал меня по имени…
В груди стало нестерпимо горячо и больно, когда я увидел, как изумление в твоих глазах сменяется пониманием и… прощением… Даже после всей той боли, что я тебе причинил… Дыхание перехватывает, и я чувствую, что должен уйти, оставить тебя сейчас, пока мое мироздание не разрушилось до основания… или пока я не совершил очередную глупость, которая вновь приведет нас обоих на край…
Но стоит мне попытаться встать, как ты внезапно сжимаешь мою талию своими коленями, удерживая на месте. Все внутри словно обрывается от этого жеста и от дрожащего, но неожиданно ласкового голоса, который тихо просит меня:
- Не надо… не останавливайся…
Замерев и не смея даже дышать, медленно поднимаю голову и вновь нахожу твои глаза. Я однозначно решил бы, что ослышался или просто сошел с ума, если бы не твой взгляд… и яркий румянец, проступивший на все еще блестящих от слез щеках, когда ты произносишь еще тише:
- Только… пожалуйста… нежнее…
Нежно… Сладостно… Бережно… Да, именно так я мечтал когда-то любить тебя… Как это иронично, позволить мне воплотить свою мечту в реальность уже после того, как я ее потерял и позабыл. Но даже так, она все еще жива где-то глубоко в моей душе, похороненная под ненавистью и мучительной жаждой зла. Так стоит ли лгать самому себе?...
Еще одна ночь… еще одна роковая ошибка… На этот раз последняя. Потому что утром я позволю тебе уйти… Я не стану убивать тебя дважды. Нет, будет легче, если я сам покину этот мир. Без тебя в нем все равно нет жизни… А с тобой - нет места для меня… Так почему бы мне хотя бы сейчас, на прощание, не позволить себе то, на что я прежде не смел и надеяться?...
Твой первый стон удовольствия… Я так осторожен, как только вообще это возможно… Я даже не предполагал, что во мне до сих пор было столько нерастраченной нежности. Которая предназначалась всегда только тебе. Которую я, наконец, могу подарить тебе в полной мере… И которую ты принимаешь так открыто и чувственно… Плавно выгибаясь в моих руках и наполняя ставшую вдруг уютной тишину спальни тихими вздохами наслаждения, пока я тону в твоих алых глазах, подернутых дымкой, все еще немного влажных, но теперь вместо боли и страха наполненных теплом и умиротворенностью. Да, именно такими я хотел видеть твои глаза… Без похотливой страсти, без слепой жажды обладания, которой они горели в тот раз… Чистые, нетронутые, свободные от всей той грязи, которой я был свидетелем всю свою жизнь… Я, наконец, увидел их. Наверное, теперь я уже могу сказать, что знаю, как выглядит счастье…
Медленно… Чувственно… Ощущая, как трепещет под руками не только тело, но и душа… Слыша каждый удар двух сердец… Впитывая каждый вдох и выдох, как самое драгоценное воспоминание… Улавливая каждое движение, даже если это лишь едва-едва дрогнули ресницы… Это и называется – заниматься любовью… Не сексом, а именно любовью… Настоящей искренней любовью…
Я бы отдал все, что угодно, только бы это длилось вечность… Но счастливой вечности не бывает даже в сказках. И все, что я могу, это из последних сил сдержаться от отчаяния, пришедшего с пониманием неизбежности возвращения пустой реальности, лишь ненадолго позволившей мне забыться в собственных грезах. Что ж… я сам выбрал такую концовку своей судьбы. Я должен принять ее как полагается… Поэтому я просто покидаю постель, оправляю одежду и произношу как последний приговор:
- Уходи…
Это все, что я могу сейчас сказать без того, чтобы голос изменил мне. Но я делаю ошибку, случайно вновь встретившись с тобой взглядом… В котором явственно читается непонимание – почему, после всего, что было, я просто тебя отпускаю?... Нет, даже не отпускаю, а прошу уйти… Словно и в самом деле что-то почувствовав, ты тянешься ко мне, желая ответить... И я не выдерживаю… Срываюсь во тьму коридоров, даже не замечая куда именно, молясь всем богам лишь о том, чтобы к моему возвращению ты был уже далеко-далеко отсюда. Пожалуйста, не заставляй меня страдать еще больше… Позволь мне разделить мое одиночество только с моей смертью…
Рассвет наступает слишком быстро… Кажется, сегодня я впервые в жизни заметил, как он красив… И так засмотрелся, что даже не заметил твоего приближения. Пока твои руки не обхватили меня за талию, а горячее дыхание не обожгло мне спину. Ты все еще здесь… Почему?...
Сил вырваться просто нет… Их едва хватает на то, чтобы дышать, чувствуя, как в груди в болезненной агонии сцепляются злость и… облегчение… И я молчу, боясь, что с первым же словом меня покинет последняя решимость. А ты бережно прижимаешь меня к себе и тихо шепчешь, уткнувшись лбом в мое плечо:
- Знаешь, наверное, это прозвучит жестоко, но… глаза, полные боли и ненависти выглядят намного честнее, чем признание, сделанное с улыбкой… таким глазам действительно хочется верить…
Обессиленно закрыв глаза, выдыхаю с тихим стоном, не смея принять то, что я услышал. Утратить иллюзию всегда особенно невыносимо в тот момент, когда ты готов окончательно в неё поверить… Но когда я все же решаюсь отстраниться, ты произносишь еще тише, невесомым поцелуем прикасаясь к моим волосам:
- Если ты, правда, все еще любишь… я не против остаться твоим пленником…
Объятия, впервые в жизни дарующие мне тепло… Слова, проливающие свет на мою покрытую мраком душу... Возможно ли, что когда-нибудь я тоже поверю… что любовь может быть прекрасна?...

Эпилог

Пепел не срастается… Но если очень постараться, из пепла можно возродить то, что сгорело в пламени. Возродить, вернуть к жизни, сделать даже более сильным, чем прежде… Да, именно так день за днем возвращались ко мне все мои чувства, эмоции, ощущения и взгляды… Я снова смог почувствовать себя живым… Ведь ты был рядом со мной…
Это было нелегко для нас обоих. Но ты протянул руку и я позволил себе прикоснуться в ответ… И мы стали вместе собирать в единое целое осколки наших сердец и судеб. Надеясь, веря, что у нас получится…
Я… так и не рискнул спросить, чего тебе стоило объясниться с твоими друзьями, которые все же заявились тебя спасать… и с ним… Я более, чем уверен, что тебе тоже было очень больно. Признаться, в тот момент я был готов смириться с тем, что ты все же передумаешь и уйдешь… Но ты остался… и я решился тебе поверить…
Послав к чертям все мировое господство, я сам восстановил равновесие между мирами. И более ничто кроме тебя не занимало моих мыслей… Я отдал себя всего, без сомнений и колебаний – так, как я хотел сделать это с того самого момента нашей первой встречи. И ты ответил мне тем же. Стал только моим, улыбался теперь уже для меня… И я улыбался в ответ… Я даже и не знал, что тоже умею… Я был действительно счастлив.
Пока ко мне вновь не вернулся страх потерять тебя в тот момент, когда ты окончательно пробудишься… Ведь рано или поздно этот момент наступит. К тебе вернется твой прежний облик, твоя сила и… твоя память. О том, как ты любил его… О том, как я убил тебя… Я даже думать не хотел о том, чем это может обернуться. Потому что едва эти мысли закрадывались в мою голову, я начинал медленно сходить с ума… А омрачать возможно последние дни нашей любви малодушием было бы по меньшей мере кощунством.
Но, как бы я не пытался себя успокоить, я оказался совершенно не готов к этому. К тому, что, проснувшись однажды утром, обнаружил рядом с собой не ставшего уже привычным мальчишку, а вернувшегося из небытия Короля света. Единственная мысль, промелькнувшая в моей голове, была лишь благодарностью к богам за то, что ты еще спишь, и я могу уйти прежде, чем увижу шок в твоих глазах…
Но ты снова нашел меня, как тогда… Едва слышно приблизившись, прикоснулся к плечу и позвал осторожно по имени. А я все не хотел, нет, не смел поднять голову… Я так боялся увидеть в твоем взгляде последнее «прощай»… Только ты не стал больше ждать и, обхватив мое лицо ладонями, заставил посмотреть на тебя. И прежде чем твои губы горячо и трепетно накрыли мои собственные, я увидел, как ты улыбаешься, как тепло и нежно светятся алые глаза… Светятся… любовью?...
Разорвав поцелуй лишь когда я уже из последних сил удерживал себя в сознании от нахлынувших чувств, ты плавно опускаешься на колени и, бережно обхватив меня за талию, прижимаешься ко мне, пряча лицо и срывающимся шепотом умоляя простить тебя за все, что я пережил в те жестоких две ночи, обещая быть рядом со мной навсегда.
Чувствую, как глаза становятся слишком влажными. Второй раз в жизни… мне хочется плакать… из-за тебя… Потому что ты все же позволил этой любви превратиться в чудо…

Danika-chan:
ууу,ничего себе,как сильно...никогда не боялась АU,это всегда возможность взглянуть на героев с другой стороны,но это просто обалденно...тока так хочется уже дальше прочитать sm16
и уж совсем крамольная мысль(прости Широ)...хочется что Аки был с Хомураби

Предрассветная Тень:
Danika-chan, не переживайте, ХЭ будет )))
Рад, что вам понравилось

sirogane-san:
как яростно и красиво. меня зацепило. спасибо, жду продолжения

Навигация

[0] Главная страница сообщений

[#] Следующая страница